Тег: Новый год

Лежишь, мелкий, на санках. Весь закутанный-замотанный. И смотришь на черное небо со звездами. Думаешь: «Наверное, скоро Новый год».

У Деда Мороза попросил игру «За рулем». Если подарит — мне до конца жизни больше ничего не надо будет. Я уже навсегда буду счастлив. Больше и желать-то нечего. Ну, кроме зимнего салата, конечно, и шоколадки с олимпийским мишкой.

И вот дома суета: родители ставят елку, мама хлопочет у печки (жили тогда в квартире на трех хозяев с печным отоплением). В гирлянде перегорела лампочка. Отец дает мне квадратную батарейку и подает лампочки одну за другой. Я их прикладываю к батарейке — они вспыхивают разными цветами. Одна не загорелась. Вот это она и есть. В мусорное ведро ее. Ребятам в садике после праздников можно будет рассказать, что сам починил гирлянду.

«Елочка, зажгись!» Делаю вид, что не вижу, как папа прячет за спиной удлинитель.

Мама ездила в соседний военный городок в командировку и «достала» там мандаринов. Я тогда думал, что «доставать» — это в прямом смысле она куда-то лезла и как-то доставала откуда-то эти мандарины.
Читать дальше

— Нет в мире большей слабости, чем терпимость к чужим слабостям, — думала Люба, разглядывая розового зайца на полке с детскими товарами.

— Любаш, подмени меня 31-го, а? Приезжает Васька с вахты, три месяца не видела. Ну, пожалуйста. Хочешь, я на колени встану? — толстуха Наташка, третий продавец на смене, умоляюще заглядывала в глаза.
Люба подумала, что если Наташка упадет на колени, то проломит первый этаж супермаркета, но вслух ничего не сказала и кивнула.
Она подменяла хитрую Наташку в день рождения дочки, на день бабушкиного поминовения, в сезон посадки картошки и сбора колорадского жука.

– Безотказная ты, Любовь, — беззлобно пеняла ей когда-то мама. – Всех приветишь, всем поможешь, сама останешься без штанов.
— И что плохого? – недоумевала девочка.
— Люди лучше помнят причиненное зло, чем нанесенное добро.

В супермаркете 31-го декабря не похалявишь. Никаких скидок на праздничное безделье — только суета и толпы людей, сметающих товар с витрин. Нужно и посидеть на кассе, и разложить конфеты по пакетам, и краем глаза поглядывать за воришками, и уборщицей заодно поработать.
Люба смогла освободиться только в одиннадцать. Вышла на улицу, подставив лицо под падающий снег и улыбнулась.
Читать дальше

А скоро Новый Год. На пятачках, огороженных забором из кое-как сбитого штакетника будут продавать ёлки. Тридцать первого декабря, в этом ёлочном загоне останутся только две лысых ёлки, и пьяный продавец, наряженный Петрушкой. Он будет пьян и великодушен, поэтому разрешит бабушкам, одетым в коричневые пальто с кошачьим воротником, собрать с земли хвойные ветки. Он разрешит им забрать их бесплатно. Потому что через три часа наступит Новый Год. Всем в эту ночь хочется почувствовать себя немножко Дедом Морозом. «Берите, клячи, — скажет Петрушка, махнув рукой, — вон в том углу ещё посмотрите, там хорошие ветки лежат» И старушки, лопоча «Дай Бог тебе здоровья, сынок», начнут подбирать колючие ветки сухонькими ручками в синих варежках-самовязах… И через три часа на Спасской башне начнут бить куранты, а миллионы человек поднимутся из-за стола, заставленного салатами и тарелками с лоснящимися кружочками сырокопчёной колбасы, чтобы стоя войти в новый год. Миллионы просьб и желаний выстрелят в космос. «Хочу, чтобы в этом году Вася на мне женился», «Хочу, чтобы хоть в этом ходу он сдох, сука, как он меня достал», «Хочу, чтобы мне подарили собачку», «Хочу выздороветь и прожить хотя бы ещё один годик»… И с последним, двенадцатым ударом часов, миллионы глоток завопят «Ура!», и кинутся к мобильным телефонам, чтобы успеть дозвониться до своих близких, пока сеть наглухо не зависла. «Мама, с Новым Годом! Поправляйся…», «Серёга, давай, рули скорее, мы тебя ждём!», «Сыночек, я тебе желаю…», «Папа, а почему ты ко мне не приехал?»
Читать дальше

31 декабря.

Так, оливье дорезала, курица готова, пюре готово, фрукты помыла, квартиру убрала, платье погладила, башку помыла, ноги побрила. Елка, тварь, еще раз упадешь — скормлю тебя бешеной корове! Ну, где же вы, гости дорогие, я как раз в праздничном новогоднем настроении — проходите, блин, садитесь, жрите!
Ну, что — за новый год? Чин-чин!

1 января.

Диван. Холодильник. Диван. Холодильник. Диван. Холодильник. Чародеи, гардемарины, Верка Сердючка, катарсис.
Интересно, кто из гостей запер кошку в посудомоечной машине?

Холодильник. Диван. Диван. Диван.

2 января.

Здравствуйте, гости дорогие! С вас мартини и мандарины, с меня оливье и елка. С праздником! Елка, тварь, стоять! А то скормлю тебя бешеным гостям.
Кошку не видели?.. Странно. За новый год!
Читать дальше

И вот она, нарядная, на праздник к нам пришла…

У ранних кельтов ель считалась обиталищем лесного духа, требовавшего кровавых жертв — внутренностей людей и животных, которые друиды регулярно развешивали на ветвях дерева. Когда окрепшая христианская церковь запретила жертвоприношения, народы Европы заменили внутренние органы шарами из дерева, которые в дальнейшем стали стеклянными, а кишки — тряпочными и бумажными гирляндами.

Вся правда о Деде Морозе, Снегурочке и старом Новом годе.
Что касается Санта Клауса, то он произошел от древнего и злобного кельтского божества, Великого Старца Севера, повелителя ледяного холода и пурги. Он ходил по домам с холщовым мешком, но не раздавал подарки, а собирал жертвоприношения, которые ему недодали в течение года. Визит Старца с мешком не предвещал ничего хорошего: как правило, после его ухода в доме оставались только обледеневшие трупы.
Читать дальше

31 декабря.
Так, оливье дорезала, курица готова, пюре готово, фрукты помыла, квартиру убрала, платье погладила, башку помыла, ноги побрила. Елка, тварь, еще раз упадешь — скормлю тебя бешеной корове!

Ну, где же вы,
гости дорогие, я как раз в праздничном новогоднем настроении — проходите, блин, садитесь, жрите!
Ну, что — за новый год? Чин-чин!

1 января.
Диван. Холодильник. Диван. Холодильник. Диван. Холодильник. Чародеи, гардемарины, Верка Сердючка, катарсис.

Интересно, кто из гостей запер кошку в посудомоечной машине?

Холодильник. Диван. Диван. Диван.

2 января.
Здравствуйте, гости дорогие! С вас мартини и мандарины, с меня оливье и елка. С праздником! Елка, тварь, стоять! А то скормлю тебя бешеным гостям.

Кошку не видели?.. Странно. За новый год!
Читать дальше

Многие перед Новым годом ждут чуда. Всем кажется, что в ночь на 1 января все перевернется в их жизни. И все будет хорошо. Егора Петровича простит жена за измены постоянные. Серафиму Ильиничну простит дочь, за то, что она ее обидела. Евгению Васильевичу простят его долг по кредиту в банке. Да что там. Путину простят пенсионеры в стране маленькую пенсию. Гостройзаказчика простят все обманутые дольщики. Убийц простят бедные родственники, бывшим алкоголикам простят их прошлое… Все ждут чуда как раз в преддверии Нового года. Да, этот праздник и правда накрывает волной какого-то волшебства. Даже у самого жестокого и злостного человека вдруг появляется чувство, что он становится добрее, ему вдруг хочется вернуться в детство, стать ребенком и снова верить в Деда Мороза. Но надо ли всем этим людям обязательно ждать 31 декабря? Может создать свое чудо прямо сейчас? Попросить прощения, отдать долги, сказать «люблю» тому, кто этого очень ждет, сделать что-то хорошее для, пусть даже когда-то, родных людей. В этом есть еще один плюс. На Новый год они смогут загадать другие желания. А может и ничего не загадают. А просто поблагодарят кто-то свыше и людей, с которыми они все исправили и наладили. Егор Петрович обнимет свою жену, предварительно удалив все номера уже бывших любовниц. Обнимая, будет молча смотреть на ее макушку сверху и думать: «Я такой был дурак. Это единственная женщина, которую я люблю и желаю».
Читать дальше

Если речь идет о чувствах, интуиция почти никогда не обманывает нас. Мы же почти всегда пытаемся ей не поверить. Мы верим в «почти».

Судьба – это не рулетка, а программный код. Никаких случайностей. Ошибочные смс (это первая из ряда историй с таким сюжетом) никогда случайно не отправляются.

Итак, где-то в начале века мой скучный друг Аркаша встал на тернистый путь моногамии. Шел он по нему с девушкой по имени Анна.

У Ани были изящные руки и озерцо обаяния. Пожалуй, всё. Красоты особенной в ней не наблюдалось, да и магии тоже.

Несмотря на это, Аркаша был к барышне привязан и даже строил какие-то планы:

– Я уже готов начать размышлять о том, что пора задуматься о возможности сделать через несколько лет намек на перспективу свадьбы.

Но дальше размышлений жених не заходил. Всегда забавно наблюдать за мужчинами, считающими, что они – властелины времени.

Наступило 31 декабря. Мы собирались большой компанией вставить бенгальские огни в оливье и заснуть лицом в бланманже, приготовленном моей тетей Верой. Для подготовки к этому сакральному событию я направился в квартиру Аркаши прямо с утра. Мешать спирт с вареньем и селедку со свеклой. Хозяин квартиры встретил меня следующим пресс-релизом:
Читать дальше